Школьный харассмент. Как его избежать?

Страшилки про физруков-педофилов не кажутся такими уж остроумными, когда они воплощаются в реальности. Следователи говорят, в Нижневартовске впервые за много лет обвиняют педагога в развратных действиях. И, как показывает практика, может пройти немало времени прежде, чем очередной случай всплывет  на поверхность. Мы решили разобраться, как возникают порочные связи между учителями и учениками и как этого избежать.

«Физрук-педофил» — столь же популярная школьная байка, как и «трудовик в запое». Мужчины, работающие в преимущественно женском коллективе, привлекают к себе особое внимание. В 1998 году в школе, где училась Екатерина Т., ходила именно такая байка. Мол, молодой учитель физкультуры Павел Александрович неравнодушен к своим ученицам. Сплетнями делились на всех параллелях. 

Чем старше был класс, тем страшнее была история. Мы тогда учились в третьем. До нас доходили слухи, что он часто закрывался со старшеклассницами в своем кабинете. Среднее звено уже вовсю шепталось, что у него находили в столе лифчики. А уж выпускные классы после его ухода из школы так вообще пугали трупами девочек в его шкафу,рассказывает Екатерина Т.

Сейчас, будучи взрослой женщиной, Екатерина понимает, что этими страшилками физрук обрастал потому, что кувыркающихся на матах девочек с наэлектризованными волосами он называл одуванчиками, постоянно шутил и улыбался. Такой был педагог – молодой мужчина, уверенный, что хорошим отношением контакт с учениками наладить проще, чем строгостью. 

А вот настоящие преступления могут долгие годы храниться в тайне. И в таких ситуациях не до шуток.

В теории, если преподаватель проявляет к ученице нездоровое внимание, то та может обратиться к социальному педагогу, к классному руководителю или к родителям. Они, в свою очередь, к директору. А директор обязан передать информацию правоохранительным органам, потому что если этого не сделать, его будет ждать уголовная ответственность.

Сейчас мы разрабатываем алгоритм действий в такой ситуации совместно с прокуратурой и комиссией по делам несовершеннолетних,Юрий Торопов, заместитель директора департамента образования администрации Нижневартовска.

Однако каким бы ни был алгоритм, все дети реагируют по-разному.

В силу воспитания в детстве мой уровень доверия взрослым был настолько велик, что если бы меня изнасиловали, я бы решила — так и должно быть. Ведь взрослые, как я считала, всегда правы,делится такой крайностью тридцатидвухлетняя Светлана, мать двоих детей

И действительно, дети, столкнувшиеся с неправомерным вниманием педагога, могут замкнуться в себе или стать более тревожными. Они начинают увиливать от посещения школы,  перестают делать домашние задания – в общем, всячески стараются избавиться от источника напряжения. Редкий ребенок расскажет о приставаниях педагога – это стыдно. И, как учит их школа жизни, сдавать кого-то – самый тяжкий грех. По мнению психологов, в такие ситуации чаще попадают дети, у которых не сложились доверительные отношения с родителями.

Это чувствуют и педофилы. Чаще всего жертвой становятся дети, которым родители не уделяют должного внимания. И это не обязательно неблагополучные семьи с низким достатком. Учителя знают, чьи родители не ходят на родительские собрания, чьи родители не реагируют на замечания, и которым все равно, как выглядит и ведет себя их ребенок.

Никогда преступник не подойдет к обласканному, уверенному в себе ученику.

Что удивительно, обвинения в педофилии всегда вызывают неоднозначную реакцию со стороны общества. Далеко ходить за примерами не нужно – так было и в Нижневартовске. Остальные случаи легко нагуглить. Обнародованное заявление о подозрении учителя в педофилии мгновенно разделяет людей на два лагеря. Одни говорят, что педагог действительно вел себя подозрительно, другие – что это был самый лучший учитель.

Впрочем, дети могут и соврать. Обвинить несговорчивого учителя в приставаниях кажется им идеальным преступлением. Однако ложь легко проверить, а дети не так уж изощренно врут. 

Специалисты рекомендуют попросить потенциальную жертву рассказать свою историю, а затем пересказать ее в обратном порядке. Если это выдумка и клевета, то ребенок обязательно запутается.

Но есть и другая сторона конфликта. Существуют примеры, когда молодые педагоги сами становятся жертвами внимания старшеклассниц. 

Когда мы учились в 11 классе, к нам пришел молодой преподаватель ОБЖ, который был дико не уверен в себе. Мои одноклассницы делали все, чтобы он чувствовал себя неловко. В ход шли глубокие вырезы, сальные шуточки и откровенные вопросы,делится Михаил, выпускник одной из нижневартовских школ 2005 года

Как считают сами учителя, отношения с ученицами – это строгое табу. Однако никто не застрахован от конфликта. Даже не поддавшийся на провокации преподаватель может попасть в непростую ситуацию, когда его слово будет против слова ребенка. Но никто и не говорил, что учитель – простая профессия, уверены педагоги.

На моей практике было два деликатных случая. Однажды девочка попыталась манипулировать ситуацией, сложившейся с педагогом-мужчиной, но конфликта удалось избежать всем вместе, с родителями. Второй случай произошёл, когда в нашу школу в 11 класс перешла девочка со сложной историей. После знакомства с ней я собрал всех учителей мужского пола и предупредил, чтобы были бдительней,вспоминает завершивший карьеру учитель математики Владислав Борисович М.

Есть официальная позиция: в случае нездорового внимания со стороны ученицы преподаватель обязан обратиться к директору, который, в свою очередь, должен побеседовать с родителями. Если родители не верят или упорно занимают сторону своего ребенка, тогда необходимо принимать другие меры. Установить камеры в кабинетах или приставить к ребенку наставника. Последний метод считается наиболее эффективным. Таким образом удалось разрешить много конфликтных ситуаций. Ребенок, который чувствует, что находится под контролем, меняет свое поведение.

А опытные педагоги считают, что нужно начинать с себя. 

«Необходимо проявлять твердость духа. Никаких ответных действий, никаких хиханек, комплиментов и анекдотов. Никаких индивидуальных занятий и пересдач тет-а-тет. И никакого Набокова не давать читать», — констатирует Владислав Борисович.

Хочется также отметить, что на самом деле причин для беспокойства куда меньше, чем кажется. Сейчас в эпоху камер, интернета и широкого распространения информации, уровень насилия заметно снизился. Мы видим, как все больше случаев попадает в общественное пространство, но фактически их становится меньше.